Первое правило

Мы сидели на берегу озера и молча кидали камешки в воду. Холодный ветерок шелестел в зарослях кустарника у нас за спиной. Солнце ещё не поднялось над виднеющимся на другом берегу лесом, но лучи его уже окрасили редкие перья облаков в нежный розовый цвет. Между нами стоял гобан. Невысокий, почти квадратный столик на резных ножках. Он выглядел повидавшим на своём веку. Уголок отколот, разметка для игры местами почти стёрлась. Лишь камней в чашах оставалось много. Сами чаши на фоне гобана выглядели как два европейских туриста в синтоистском храме. Им не хватало разве что бейджиков.

Каждый бросок Лена сопровождала задумчивым «буль», я же морщился и пытался сосчитать количество кругов, идущих от плюхнувшегося в воду камня. Я кидал камни вслед за Леной, каждый раз пытаясь попасть в то же место, куда и она. Получалось плохо. Я размышлял, что по кругам на воде можно читать мысли человека.

Первый луч солнца упал на покрытую рябью поверхность озера, а вскоре оно засверкало. Я потянулся руками вверх, несколько раз качнул плечами из стороны в сторону и, ввинчиваясь всем телом в утренний воздух, резко встал. Лена молча смотрела на рисунок не оконченной партии. Стайка чёрных камней на игровом поле попала в ловушку. Увидев это, Лена начала ставить камни на дно озера. Я решительно собрал оставшиеся камни в чаши, взял её за руки, помог подняться. Мы пошли к машине, стоявшей неподалёку. Я открыл багажник и загрузил гобан. Чаши с оставшимися от комплекта камешками заботливо завернул в мягкую тряпочку, покрытую неизвестными мне иероглифами. Потеря камней казалась не смертельной. А лезть в холодную воду не хотелось.

Молча поехали в город. Лена вела машину, осторожно, но уверенно спускаясь по серпантину. Я закрыл глаза и стал вспоминать прошедший день.

* * *

Вчера утром я подскочил за минуту до будильника. В голове проносились образы сна. Сильнейший шторм, волны высотой с трёхэтажный дом, но при этом идеально прозрачные. Они разбивались о берег, но брызги летели обратно в воду. Казалось, на границе воды и земли стоял незримый барьер. Я сидел, скрестив ноги, и смотрел в глубину вздымающихся волн. В какой-то миг в воде я заметил человека. Подскочив, я ринулся сквозь барьер и тут же проснулся. На часах светились цифры 8:59. Я отключил будильник, полежал пять минут и пошёл умываться.

В субботнее утро не хочется заниматься чем-либо. Но сегодня в полдень Игорь назначил встречу. Опаздывать я не любил, а жил он далеко. Я наскоро собрал завтрак из напиленных кое-как кусочков сыра и сервелата. Отломил несколько кусков булки и заправил чайник свежей водой. Я давно перестал пользоваться электрическим чайником. С тех самых пор, когда выяснил, что проводка в доме не переносит чайник, компьютер и стиральную машину. Все эти устройства, словно сговорившись между собой, включались одновременно. В результате пришлось отказаться от одного из них. Перейти же на чайник, греющийся на плите, было значительно проще, чем тянуть провода с ближайшей подстанции. Так что каждое утро я начинал встречей с огнём. Огонь газа, потом вода из крана. Стихии, упакованные в трубы. Человек, упакованный в квартиру… Вот какие-то такие мысли бродили у меня тогда в голове.

Через полчаса я пил сладкий чай и заедал его фрагментами бутербродов. Я никогда не заботился о том, чтобы бутерброды были правильные и красивые. В десять часов позвонил Лене и спросил, не забыла ли она о приглашении Игоря. Ожидая услышать сонный голос, я с удивлением обнаружил, что Лена встала в семь. И уже успела объехать полгорода. И даже готова заехать ко мне, чтобы отвезти к нему. Но я должен ей пообещать, что помогу выбрать в подарок другу элегантный ноутбук. Так, чтобы смотреть на этого друга была приятно, даже когда его не возможно оторвать от игры. Я пообещал, и через пятнадцать минут увидел «тойоту туманного цвета».

— Привет! Давно не виделись!
— Привет! Поехали, заедем в Мегакрону. Вчера разговаривал с Андреем. Там завоз ноутов, выберем тебе подарок.
— Не мне, Коле. Залезай.

Лена деловито достала кипу распечаток.

— Смотри, как в этом можно что-то понять? Они все одинаковые, а глянь на цены. Этот стоит в три раза дороже. Такое вообще может быть?
— Угу, никому нельзя верить, — улыбнулся я, и начал лекцию о влиянии геометрических свойств устройства и нанесённых на его поверхность символов и условных обозначений на цену.

На самом деле совершенно не важно, что внутри у ноутбуков одно и то же. Ты, выбираешь ноутбук, чтобы быть счастливым, а не для выполнения сложных расчетов, загружающих его на сто процентов. А комментарии на форумах вообще читать не стоит. Каждый коммент оплачен там посимвольно. 10 центов за букву.

Мы купили ноутбук цвета молочного шоколада, покоившегося на спине гигантской рыбы, и поехали к Игорю.

— Лена, как думаешь, что нас сегодня ждёт? Столько таинственности… Все эти разговоры про посвящения. По-моему, детский сад. Игорь — увлечённый человек. Но иногда кажется, что он забыл повзрослеть.
— Это не мешает ему успешно вести бизнес, встречаться на самом высоком уровне и продвигать свои проекты. Не завидуй.
— Я не завидую. Почему люди, добившиеся чего-то в обществе, начинают выдумывать всякие секреты? Первый круг посвящения. Звучит настораживающее.

Про все эти круги среди знакомых Игоря ходили разные слухи. Одни говорили, что это не более чем игра. Некоторые загадочно улыбались и иногда произносили крылатые фразы, что-то на тему «имеющий глаза — да увидит». Кто-то вообще подозревал Игоря в связях с секретными организациями, чем-то средним между спецслужбами, тайным правительством, иллюминатами, искусственным разумом и пришельцами с Сириуса. Наверняка известно было только одно. Все посвящённые играли в Го. Даже те, кто никогда и ни во что не играл с тех пор, как почувствовал себя взрослым.

Наконец мы прибыли. До встречи оставалось пять минут.
— Лен, что говорит твоя женская интуиция? Это надолго? Может, поужинаем вместе после посвящения?
— Игорь попросил заправиться по полной, так что надолго. А вот и он.

Сначала мы увидели старый гобан, а потом и его обладателя с висящей за спиной сумкой. Я помог сложить вещи в багажник. Игорь сел на заднее сидение и начал рассматривать коробку с ноутбуком. Лена завела мотор.
— Куда едем? — спросила она — В школу?
— Нет, сегодня — на природу. Езжай к северозападному шоссе.

С Игорем мы познакомились больше года назад. Он выступал с лекцией в нашем институте. Рассказывал о том, как наводить порядок в делах. Потом пригласил к себе в школу. Там мы впервые увидели гобан. Игорь рассказал, что это подарок друга отца, воевавшего на восточном фронте. При каких обстоятельствах гобан попал в дом Игоря, осталось загадкой. В комплекте с гобаном шли две тёмные чаши, наполненные одинаковыми камешками. Белыми и чёрными. Чаши Игорь приобрёл совсем недавно. Оригинальные же камни лежали на выставке в историческом музее.

* * *

К вечеру мы оказались около озера. Игорь установил гобан на берегу и сказал, что сейчас расскажет правила игры. Но это будут правила не настольной игры Го, которые мы «и так знаем». Мы приготовились слушать. Лена смотрела скептически. Я рассматривал фигуру Игоря на фоне воды. В какой-то момент мне показалось, что его с нами нет, а я вижу декорацию. Но наваждение быстро прошло. Игорь начал медленно и как-то глухо. Первое, сказал он. Первое правило. Играют два человека. Он замолчал. Через минуту сказал, что у нас есть всё, чтобы понять это правило. И времени у нас — до рассвета. Мы не должны никуда уходить. В сумке достаточно еды. Можно разжечь костёр, если станет зябко. Спать нельзя. А он уходит. Я поинтересовался, куда он на ночь глядя, и не собирается ли он забрать машину. Игорь повторил, что мы останемся вдвоём, что между нами гобан, а в руках у нас чаши с камнями. И только от нас зависит, как мы распорядимся ситуаций. После чего быстрым шагом отправился куда-то вглубь зарослей на берегу.

Мы с Леной недоумённо переглянулись.
— Может, домой? — спросил я.
— А смысл? Мне жутко интересно, в какую историю мы попали. Плюс давно хотела провести ночь на природе. В городе душно!
— Отлично. Давай устраиваться. Забудем старые правила, — улыбнулся я, — Какой в них сейчас смысл?
— Я, конечно, доверяю Игорю. Но что он от нас хочет? — спросила Лена, неосознанно сорвав листик с ближайшего куста и вертя его в руках.
— Давай разведём костёр, а то замёрзнем. И поиграем, раз уж нам доверили такую редкость, — сказал я, легонько проводя рукой по гобану. — Ты хоть раз играла на нём?
— Один раз, когда мы впервые пришли в школу.
— Да, точно. Помнишь, Игорь тогда ещё сказал… Что-то о том, что не он принимает решения.
— Угу, это прозвучало странно.

К этому времени уже стемнело. Мы собрали веток для костра, зажгли огонь. Получилась странная комбинация. В центре стоял гобан. Игорь когда-то рассказывал, что квадрат символизирует землю. А центральная точка поля, тенген, символизирует гору. Прямо передо мной сидела Лена. Перед нами были чаши с камнями. Справа тихонько плескалось водой озеро, а слева горел огонь. Вспомнились мои утренние мысли про упакованные в квартире стихии. И вот, я находился среди самых что ни на есть живых стихий. Я стал размышлять над тем, о какой же игре говорит Игорь. Если речь идёт о жизни, то в жизни много людей, много событий. Как же можно говорить про двух участников? Если речь про нас с Леной, то правило слишком очевидно и совершенно не универсально, а, значит, теряет смысл. Тут крылось что-то другое. Я погрузился в раздумья, из которых меня вывел удар камня о гобан. Звук старого гобана оказался удивительным!

* * *

Перед моим внутренним взором предстала картина. Сотни людей в огромном зале. Разговаривают, здороваются, переходят от группы к группе. Светский приём, на котором роль каждого известна, темы разговоров утверждены, а интонации и направления выбираются из ограниченного спектра. И тут же новое видение. Тёмный зал театра. Сотни людей смотрят на сцену, где грациозно проносятся балерины. И ещё образ. Митинг на площади. Кто-то кричит, срывая голос, звуки сирены. Образы один за другим сменяли друг друга, пока не слились в один непрерывный поток.

Прошло четыре часа, как мы начали партию. Паузы между появлением нового камня становились всё дольше. Казалось, мы оба спим, сидя перед гобаном. Костёр продолжал гореть. За последние два часа мы не произнесли ни слова. Не знаю, о чём думала Лена. Судя по её глазам, она вспоминала какие-то события в жизни, о которых никогда мне не рассказывала. Возможно, что-то из детства. Я же вспоминал, сколько самых разных встреч один на один было в моей жизни.

Встречи… в какой-то миг я отключился и именно тогда увидел сон про множество людей. Скорее всего, я спал совсем чуть-чуть. Когда открыл глаза, Лена ещё не поставила очередной камень. Я думал о встречах, потому что пытался понять, в чём же глубина смысла первого правила. И какое отношение оно имеет к моей жизни.

Лена посмотрела на меня и сказала, ставя камень:
— Ты когда-нибудь думал о том, что во всех наших играх с людьми только один участник, а остальные – статисты? Камни, гобаны, костры и озёра, воздух, земля? Я. И всё остальное. Что-то важнее и ближе, что-то дальше или совсем не интересно. Но играю только я. Вот как сейчас с тобой. Я играю с тобой. Ты играешь со мной. Но ведь это одна партия! А не две, не твоя и моя, а одна!

Раздался шорох, запела лесная птица, предвещая рассвет.

Виктор Белкин, Краснодар, февраль 2011 г.

Просмотров: 2 152

Комментарии запрещены.